Саяно-Шушенская ГЭС: кто виноват и что делать

Авария на Саяно-Шушенской ГЭС стала своеобразным итогом реформирования российской энергетики. Совершенно «неожиданно» выяснилось, что реформа была проведена исключительно криво, со множеством оговорок и неудачных решений. И майский блэкаут в Москве вроде бы дал достаточно пищи для размышлений.

Тогда РАО ЕЭС развило бешеную активность, «учло свои ошибки» и разработало ГОЭЛРО-2, потребовав бешеные деньги на строительство новых и модернизацию старых энергообъектов. Новые собственники активов РАО вроде бы даже оказались обязаны выполнять эти планы и после «смерти» РАО. Даже экономический кризис не сдвинул правительство с этого пути: и премьер Владимир Путин, и министр энергетики Сергей Шматко последовательно объявили о необходимости выполнения планов, даже если у инвесторов на это нет денег, хотя в целом правительство согласилось с вероятностью частичной корректировки инвестпрограмм.

Однако в этих разрекламированных планах так и не были учтено то, что существующие стандарты безопасности морально устарели, что механизмы проверок дискредитированы их необъективностью и коррумпированностью уполномоченных структур, что менеджмент компаний по-прежнему заинтересован только в получении максимальной прибыли, и поэтому сокращает даже те статьи расходов, которые связаны с обеспечением безопасности. Выводы комиссии по расследованию причин аварии показательны: практически все сервисные и другие структуры при ГЭС были связаны с ее менеджментом, и их деятельность позволяла, с одной стороны, экономить на обслуживании станции, с другой – перекладывать деньги из одного кармана в другой, не доводя их до реальных получателей. Разве этого никто не знал? Разве не подобная система существует на большинстве крупных государственных предприятий? Как мне кажется, близлежащим регионам еще повезло, что от ГЭС что-то осталось, – их бы просто смыло.

Сейчас все усилия государства сосредоточены на том, чтобы найти виновных. Безусловно, менеджмент «РусГидро» должен понести наказание за свое халатное отношение к безопасности энергообъектов, поэтому отставка Василия Зубакина была бы логичной. Но, во-первых, я лично не уверена, что она состоится, – в этом случае государству придется признать свою вину, а вице-премьер Игорь Сечин прямо объявил виновными менеджмент ГЭС, обойдя вопрос об ответственности руководства «РусГидро». Во-вторых, авария на Саяно-Шушенской ГЭС требует немедленных системных преобразований сразу в нескольких сферах государственной политики, а признаков какой-либо деятельности в этом направлении я не вижу, и это означает, что, по большому счету, личность нового главы «РусГидро» (если он все-таки появится) не будет иметь принципиального значения.

В ближайшее время эта тема будет закрыта и, как водится, будет всплывать только в кризисные моменты вроде парламентских или президентских выборов, причем устранение последствий катастрофы, которое будет проведено исключительно за счет российского населения, будет поставлено в заслугу тому или иному участнику этих кампаний. Никаких системных преобразований, которые просто напрашиваются после этого случая, не будет. Ни один из чиновников не открыл дискуссию о новых нормативах оценки безопасности (пустые декларации первых лиц государства в этом случае в расчет не стоит принимать) и пересмотре всей системы государственной политики в этой сфере. Кроме экспертного сообщества никто не призвал к пересмотру системы ответственности бизнеса и государства в подобных ситуациях и т.д.

А самое главное – трагедия на ГЭС дала все основания задуматься о качественном изменении понимания ценности человеческой жизни, причем не только в гуманитарном, но и в материальном аспекте. Спектакль с определением размеров компенсаций семьям погибших лишний раз показал, что все предвыборные лозунги, типа: «Главное – человек» и т.д. – не более, чем лицемерные приемы для привлечения наивных граждан на избирательные участки.

Анна Лунева, Slon.ru, 29 сентября 2009 г.